.RU

Современный румынский детектив - страница 7


к горе...

  • Слушай, Поварэ, а ты, оказывается, в полном поряд­ке в смысле культурного уровня!

  • А как же иначе, ежели ты — мой главный учитель и воспитатель! Я возьму с собой Рышкану,— решает Пова­рэ, убирая со своего стола бумаги.

    Я отдаю ему металлическую коробку.

    — Если ты не найдешь ее дома — дождись,— напут­ствую я друга,— думаю, что к десяти-то она уж наверняка вернется.

    — Не забудь поставить об этом в известность шефа.

    — Можешь не беспокоиться. От Петронелы Ставру мне нужно лишь одно: «да» или «нет». Если она согласится дать ответ в письменном виде, тем лучше. Звони мне либо сюда, либо домой.

    Поварэ берет обернутую в бумагу коробку н уходит. Я остаюсь один в кабинете. На улице к вечеру машин ста­ло меньше — в окно слышно, как шуршат шины по ас­фальту.

    Я вспоминаю о Лили, и на меня накатывает негодова­ние. Она-то теперь со своим «музыковедом» наслаждается музыкой, а я... Чтобы унять возмущение, я снова прини­маюсь за заметки Поварэ по поводу валютчиков. Его по­черк кого хочешь выведет из себя! В итоге я решаю, что гораздо продуктивнее было бы мне самому поговорить с майором Стелианом из отдела борьбы со спекуляцией и услышать от него, что там у них известно насчет Тудорела Паскару, валютчика и наследника, как выяснилось, сразу двух имуществ. Сказано — сделано. Я звоню майору по те­лефону, он оказывается на месте — нет-нет, а иногда и мне улыбается удача. «Заходите,— соглашается он,— у меня как раз выдалось несколько свободных минут, по-болтаем.

    В его кабинете так накурено, что хоть топор вешай.

    — Я знаю, что вас интересует Тудорел Паскару, по кличке Виски,— берет он быка за рога.— Он и по вашим делам проходит?..— Майор не удерживается, называет вещи своими непечатными именами.— Ничего, дождется, паразит, возьму я его за жабры!

    Майор Стелиан мал ростом, но крепко сложен, всему управлению известно, что он каждый день не меньше часа проводит в бассейне.

    Присаживаемся к столу, и я пересказываю ему, каким образом семья Паскару оказалась в поле пашей деятельно­сти. Майор в курсе истории с наследством старика Лукача, знает кое-что и о смерти Кристиана.

    • Мне приходилось иметь дело с различными подон­ками и сволочами, но такого, как этот, поискать надо,— делится со мною майор.— Умен, хитер, изобретателен. За­мешан бог знает в каких делишках, а схватить его за руку пока не могу. Всякий раз проходит у меня меж пальцев. Вы бы только посмотрели на него!..— Майор Стелиан не­ надолго задумывается, затем продолжает: — Не думайте, что он хиппует, одевается, как бродяга, ничуть не бывало! Глядишь на него и руками разводишь — элегантный, под­тянутый, аккуратно подстриженный, так и кажется, что он всем своим видом бросает вызов вкусам ребят его поко­ления — патлатых, бородатых, нечесаных. По виду можно подумать, что он какой-нибудь западный «фирмач», при­
      ехавший к нам заключать миллионные контракты. Один из этих пяти, которых мы уже взяли, Боб Миклеску, в сво­их показаниях черным по белому написал, что именно Ту­дорел Паскару — руководитель, «мозг» всей компании. Я уж подумал — все, поймалась пташка! Finita la commedia 1. Ан нет — опять ускользнул!

    • Улик было недостаточно?

    • Именно! Если не считать того, что показал Микле­ску. Ведь остальные четверо отрицают, что над ними был кто-то главный. Когда я им устроил очную ставку, Фунту
      Стерлингов с Виски, Миклеску отказался от своих показаний, мотивируя это тем, что ошибся и никогда в жизни не имел дела с Паскару... Черт бы побрал этого Паскару!..

    В таком случае на чем он основывался, «ошибаясь» в своих первоначальных показаниях?

    • На том, что, дескать, однажды он, Боб Миклеску, находясь в баре «Атене-Палас», увидел за соседним столиком Виски вместе с каким-то иностранцем и с девицей, личность которой так и не удалось установить. Через не­сколько длен связной между «мозгом» шайки и остальными ее членами...

    • Значит, у них был еще и курьер?!

    Майор утвердительно кивает головой. Слушая его, я не могу не подивиться самообладанию, с которым он в конце длинного и утомительного рабочего дня терпеливо делится со мной этими наверняка набившими ему оскомину сведе­ниями.

    • Да, у них была разработана целая система связи. К сожалению, курьер — некий Мирчуликэ Гимпу по клич­ке Помпеи — бесследно исчез около месяца назад. Объяв­лен розыск. Ну так вот, этот самый Мирчуликэ сообщил Бобу следующее: второго июля в девять тридцать «фиат-1300» с итальянским номером остановится около собора святого Иосифа. И ему, то есть Бобу, следует там быть в это время. Когда владелец машины выйдет из собора, Боб должен подойти к нему и спросить по-итальянски: «Вы итальянец?», на что итальянец должен ему ответить: «Нет, я румын». Их встреча именно так и протекала. После чего иностранец пригласил Боба сесть в машину и там передал ему пачку фальшивых долларов. Но не это должно вас
      интересовать, а то, что в итальянце с машиной Боб признал того самого иностранца, которого видел вместе с Паскару в «Атене-Палас». Это его и натолкнуло на вывод, что именнo Виски и есть «мозг» всей шайки. Занятно, не так аи?

    • Занятно? Не очень...

    • Вся беда в том, что нет у нас никаких улик против него,— вздыхает майор и вытирает ладонью пот со лба.— И Тудорел ваш как вел эту свою роскошную жизнь, так и теперь живет паразит паразитом. Нисколько не изменил своих всегдашних привычек. Такое впечатление, что его даже не встревожил арест остальных пяти. Каждый вечер он просиживает до полуночи за своим столиком в «Атене-Палас» и в ус себе не дует.

    • С какой-нибудь девицей?

    — Постоянной? Нет. Но аа его столом, как, наверное, и в его постели, девицы меняются одна за другой без передышки. Некоторые из этих шлюх поделились с нами свои­ми впечатлениями — провести даже одну ночь с Виски. считается среди них большой удачей: он щедр, денег у него куры не клюют, к тому же умеет быть галантным. Живет именно так, как мечтал когда-то жить его папаша.

    Я заслушался майора и, честно говоря, почти забыл, что именно меня интересует в связи с Тудорелом Паскару.

    — Но этим подонкам еще и дьявольски везет! — Майор ударяет в сердцах ладонью по колену.— Казалось бы, та­кой образ жизни должен был вконец разорить Паскару, так нет же, ему еще и дядино наследство приваливает! Нет, ты скажи мне, капитан, есть на свете справедливость?

    Он встает. Я понимаю, что время, отведенное для нашей беседы, вышло. Поднимаюсь и я и, прощаясь, говорю:

    • Мне с этим типом тоже надо бы поболтать. Как вы думаете, сегодня вечером я застану его в «Атене-Палас»?

    • Наверняка!

    • Ну что ж, стало быть, еще сегодня вечером я увижу его физиономию.

    • Поделитесь со мной своими впечатлениями.

    Он провожает меня до дверей, мы пожимаем друг другу руки, и тут я вспоминаю:

    • Это дело валютчиков никак не связано с наркоти­ками?

    • Нет. С полной гарантией.

    Я благодарю его и ухожу. Еще на подходе к своему ка­бинету слышу, как разрывается там телефон. Влетаю к себе, хватаю трубку.

    • Где тебя черти носят?! — кричит Поварэ, да так, что мои барабанные перепонки того гляди лопнут.— Я телефон оборвал! Докладываю: нашей красавицы до сих нор нет дома. И ночью тоже не будет.

    • Откуда ты узнал? — спрашиваю я, удивленный ка­тегорическим тоном моего соратника.— Неужто она пред­почла общество Лукреции Будеску?

    • Она оставила в дверях записку следующего содер­жания: «Джо! Не жди меня. Я уехала на всю ночь!» — объясняет мне Поварэ.— Этот Джо — какой-нибудь аме­риканец, как ты считаешь?

    • Держи карман шире!.. Что ты намереваешься сей­час делать?

    • У меня что, своего дома нет? Своей теплой по­стельки?

    • Тебе бы только в лежку лежать... Слушай, Поварэ, внимательно... Через четверть часа мы с тобой встречаем­ся у входа в «Атене-Палас».

    • Я не ослышался?!

    • Ничуть. Нам с тобой предстоит небольшое дельце.

    • Заметано!

    Я кладу трубку па рычаг. В тот же миг телефон зво­нит вновь. На сей раз это прокурор. Сообщает мне, тяжко вздыхая:

    — Ничего нового. Лукреция Будеску не возвращалась. Я тоже вздыхаю из солидарности, потом намекаю ему, чтобы он в течение ближайших двух часов не разыскивал меня, поскольку я намерен бесследно исчезнуть.

    — У вас еще хватает сил на ночные приключения... вы молодчага, капитан! Желаю удачи! До скорого!

    Замечание прокурора и особенно его пожелание удачи бередят мне свежую рану — я имею в виду Лили и ее се­годняшнего ухажера. Я бросаю самому себе в лицо реши­тельный упрек: «Чем идти в этот треклятый «Атене-Па­лас», лучше бы ты стоял у выхода из «Савоя» и дожидался там свою любимую! Хотя бы для того, чтобы спасти ее от когтей музыковеда! Не то дождешься —не сегодня, так завтра они споются дуэтом на всю оставшуюся жизнь! Беги в «Савой»! Неужели ты пе понимаешь, какое произвел бы впечатление на Лили этот театральный эффект — она вы­ходит из «Савоя», а ты тут как тут!.. Я вижу эту душераз­дирающую сцену, особенно живо — жалкую растерянность музыковеда. «Ничего, это ему еще цветочки, ягодки впе­реди!.. Все, я решился! Я иду вопреки всему на свете к «Савою» и жду ее хоть до второго пришествия. А Поварэ... Что ж, Поварэ позлится и перестанет, ну обругает меня в сердцах и пойдет восвояси, Пусть ругается, его право...»

    12

    Поварэ я увидел еще издали. Он, видать, притопал на-много раньше меня и нервно прогуливается перед входом в ресторан. Я машу ему рукой, он замечает меня и направ­ляется навстречу, У него спортивная походка, он отработал ее еще в училище. Впрочем, в этом плане я тоже был не из последних.

    — Что стряслось? С каких это пор ты стал назначать свидания подчиненным в дорогих ресторанах?

    Поварэ дрожит мелкой дрожью в прямом и переносном смысле: от любопытства и от холода — он, как и я, в одном пиджаке. Я беру его за локоть.

    • Да ничего не стряслось! Просто я вспомнил, что се­годня как раз мои именины...

    • Пошел ты!

    • ...день ангела, и решил поставить тебе кружку на­стоящего пива.

    Поварэ, к моему удивлению, готов поверить мне на сло­во. Разве что позволяет себе упрекнуть меня:

    — Что ж ты не пригласил Лили?!

    Если уж принялся врать, то ври до конца. У меня есть некоторые основания не открывать ему истинной цели нашего посещения «Атене-Палас». Я слишком хорошо знаю своего друга — в тот же момент, как Поварэ узнал бы, что речь идет о служебном задании, а не о моем «тезо­именитстве», профессиональные рефлексы мгновенно сра­ботали бы и как в зеркале отразились на его лице. В ре­сторане он бы так и вертелся волчком на стуле, очерчивая своим сыщицким взором полный круг. А мне как раз и не надо, чтобы нас там сразу раскусили. У меня на сегодня скромная задача, к тому же вполне безобидная: майор Стелиан разжег мое любопытство, и я хочу самолично узреть физиономию юного Паскару.

    Все же Поварэ не до конца уверен, что я не вожу его за нос:

    — Если сегодня и вправду твои именины, отчего бы нам не отпраздновать их где-нибудь в недорогой, нормаль­ной пивной?..

    —Черт тебя побери, Поварэ! Именины раз в году бы­вают, могу я по этому случаю позволить себе выпить при­личного пива, а не бурду, которую подают в других заве­дениях?!

    Мы пересекаем длиннющий зал ресторана, входим в бар. Я иду впереди, Поварэ за мной. Того, что я узнал от майора Стелиана, оказывается вполне достаточно, чтобы я сразу заприметил Тудорела Паскару. Я доволен собою, словно сделал бог знает какое научное открытие. Виски вы­глядит именно так, как я его себе и представлял: элегантен, моден, но в меру. Он не один. С ним коротает время весьма симпатичная особа с длинными прямыми волосами и чел­кой, которая закрывает ей лоб по самые брови.

    Мы садимся за свободный столик. Мне отсюда не очень-то удобно наблюдать за наследником лугожских сокровищ, но ничего не поделаешь. Поварэ в свою очередь держит меня под наблюдением, он перегибается через стол и спра­шивает шепотом:

    • Кого это ты засек?

    • Соседку Лили. Обязательно настучит ей, что видела меня в «Агене-Палас»...

    • Ну и нагнала же на тебя страху Лили! — смеется Поварэ, очень довольный этим обстоятельством: наконецто он нащупал мое уязвимое место,— Хорошо еще, что ты со мной! — успокаивает он меня.— Это тебя оправдает в ее глазах.

    К нам подходит официант. Я заказываю пиво и соси­ски. Поварэ несколько удивлен:

    — Ты швыряешь деньгами, словно хочешь жениться не на Лили, а на мне!

    И все же ему это здорово нравится, что мы попиваем пиво в честь дня моего ангела не в какой-нибудь забега­ловке, а в одном из самых роскошных ресторанов. Мне же приходится помнить и о тутошних цепах.

    Я курю и поглядываю краем глаза в сторону Тудорела Паскару. Он держится с большим достоинством, весел, вни­мателен к своей даме. И это при том, что его двоюродный брат только вчера умер, что в семье — траур! Впрочем, мо­жет быть, в их семье не в чести эта традиция?.. Девица ест его глазами, курит и без передышки прикладывается к рюмке. Я обвожу глазами зал — за столиками почти одна .молодежь... коньяк, вино, пиво... Откуда у этих молоко­сосов берутся деньги?.. Я пытаюсь обнаружить среди прочей публики своих коллег из отдела по борьбе со спе­куляцией, которые, как и я, следят аа Паскару, но не на-хожу их.

    — Глядишь, и Петронела Ставру ошивается здесь,— замечает Поварэ, словно бы разговор о наших делах и непрерывался.

    Это уже слишком, на мой взгляд!

    — Как это тебе взбрело в голову?! Девушка убита го-реи, может быть, даже надела траур! Она никогда бы не посмела оскорбить память человека, которого любила!..

    — Что-то траур не помешал ей исчезнуть неизвестно куда на всю ночь!

    Поварэ саркастически смотрит на меня, а мне вся эта история вдруг надоела до чертиков.

    — Мы с тобой празднуем мои именины, и у меня нет никакого желания говорить о делах!

    Поварэ вынужден подчиниться, как-никак я именин­ник. Но про себя я думаю о том же: «С чего это я вообра­зил себе Петронелу в трауре? Потому лишь, что я видел ее заплаканные глаза? Она была скорее растеряна, чем убита горем...» И все же я не думаю, чтобы в эти дни она решилась показаться в ресторане. Впрочем, откуда во мне такая уверенность? Вот же Тудорел Паскару здесь. Он бы тоже должен быть в траурз. Хотя бы потому, что его родной отец занимается похоронами умершего племянника. Но мерзавец тем не менее тут. Веселый, оживленный... можно не сомневаться, что и эту ночь он не будет коротать в одиночестве. Забежал в университет к Петронеле, сооб­щил ей о самоубийстве своего двоюродного брата и тут же, «убитый горем», вернулся к своему привычному образу жизни.

    Поварэ отвлекает меня от моих размышлений:

    — Что-то ты слишком меланхоличен для именинника!.. Действительно, хорош я, нечего сказать! Пригласил друга на свои «именины» и напрочь забыл о нем! Но мне приходит на помощь официант — он ловко наполняет пи­вом высокие бокалы, пиво пенится, даже на вид ясно, ка­кое оно свежее, с легкой горчинкой... Мы чокаемся и с не­терпением прикладываемся к бокалам.

    Через некоторое время я замечаю, что Тудорел Паскару все чаще поглядывает в нашу сторону. Я прикидываюсь совершенно к этому безразличным. Попиваю себе пиво, за­кусываю сосисками. А еще немного спустя у меня уже нет никаких сомнений в том, что именно мы с Поварэ являем­ся объектом его нескрываемого интереса. На всякий случай я справляюсь у Поварэ, сидящего напротив, кто сидит за столиком позади меня. Моя просьба ничуть не удивляет его: как-никак он профессионал.

    — По-моему, какой-то иностранец,— сообщает он.— Лет этак пятидесяти или пятидесяти пяти... курит сигару, длинную и тонкую, как макаронина... Он не один, с ним одна из этих... ну, которые вертятся около гостиниц. Тебе сказать и что именно он пьет?

    — Спасибо, не надо,— охлаждаю я его пыл.— Твое здо­ровье.

    Отхлебнув из бокала, мой друг без всякой связи с тем, о чем мы только что говорили, интересуется, не поссори­лись ли мы случаем с Лили. Приходится опять ему что-то врать, но тут мое внимание привлекает к себе поведение Тудорела Паскару: он выпул из бумажника визитную кар­точку и что-то пишет на ней. Мне кажется, что я начинаю кое о чем догадываться...

    • Слушай, Поварэ,— призываю я на помощь своего заботливого друга,— девушка, которая с иностранцем, си­дит лицом вон к тому молодому человеку — ну к пижону этому, что у окна... Они видят друг друга?

    • Который с этой девицей с челкой?

    • Да.

    • И пишет что-то?

    • Он самый.

    • Так я же с самого начала заметил, как они пере­мигиваются! Он, видать, большой мастер по дамской ча­сти!..— II тут же, опять без всякого перехода, начинает плакаться на нашу с ним судьбу: — А мы с тобой прямо какие-то уроды, Ливиу, честное слово!.. Мы уже не можем просто так, по-людски, посидеть за пивом и поговорить о чем-нибудь, что не имеет никакого отношения к нашей работе, пропади она пропадом!.. Да мало ли о чем могут
      поговорить два нормальных человека!

    • Твоя правда, Поварэ! Будь здоров! И давай жеиись поскорее!

    Он тяжко вздыхает, собираясь с силами, чтобы в сотый раз поведать мне горестную историю своей любви, но я ему делаю знак замолчать. Он наконец замечает, что я погло­щен тем, что происходит за соседним столом, и обиженно умолкает.

    Тудорел Паскару кончил писать на визитной карточке, подозвал кельнера и что-то ему втолковывает. Кельнер кивает понимающе головой, кладет визитную карточку на блюдце и, ловко лавируя между столиками, направля­ется, к великому моему удивлению, прямиком к нашему столу.

    — Это вам!—говорит он и протягивает мне блюдце с карточкой.

    Ничего не понимая, беру карточку, мельком вспомнив о ребятах майора Стелиана,— что они-то подумали сейчас и что они завтра, а то и сегодня ночью доложат своему шефу?!

    У Тудорела Паскару мелкий, но четкий почерк:

    ^ Прежде всего я приношу Вам свои извинения за то, что потревожил. Я узнал Вас. Вы были сегодня у нас, говорили с моим отцом. Я в это время был в соседней комнате. Мне нужно сообщить вам кое-что очень важ­ное. Если можно, я прошу Вас выйти на несколько ми­нут в вестибюль. В любом случае я бы искал встречи с Вами, но, если уж мы встретились здесь, я хотел бы воспользоваться этим. Еще раз прошу прощения за мою настойчивость.

    На ловца, как говорится, и зверь бежит. Особенно когда ты к этому совершенно не готов. Я перевожу взгляд с ви­зитной карточки на ее владельца — на его лице играет веж­ливая улыбка.

    • Я выйду на несколько минут в вестибюль.

    • В другой раз тебе не удастся меня провести,— оби­жается Поварэ.— Именины, пойдем выпьем пива!.. Я тебе не мальчик!

    • Вернусь, все объясню. Честно говоря, я тоже ничего не понимаю...

    Я сую визитную карточку в карман, встаю и направ­ляюсь к выходу. Дойдя до дверей, оглядываюсь через плечо. Паскару тоже встал из-за стола и идет следом за мной.

    Он нагоняет меня в вестибюле, в котором в это позднее время почти пусто. Подойдя, он обращается ко мне без­упречно вежливо:

    — Товарищ капитан, прошу вас еще раз меня изви­нить, но...

    Он стоит совсем близко, и я, приглядевшись к нему, прихожу к выводу, что у него лицо вполне порядочного че­ловека, и это впечатление сводит на нет все, что я до сих нор о нем слыхал. Либо мир по отношению к нему совер­шенно несправедлив, либо этот тип сумел создать себе идеальную маску порядочного человека.

    Мы отходим в угол у двери в главный зал ресторана.

    — Когда вы заходили к нам и разговаривали с отцом, я был в соседней комнате,— повторяет он, глядя мне прямо в глаза, то, что я уже прочел в его записке.— Кроме всего
    прочего, вы спросили его, что могло бы, на его взгляд, толк­нуть моего двоюродного брата на самоубийство... Что он мог вам на это ответить?! Но у Кристи была па это причи­на... и причина серьезная...

    По-видимому, я выдал свое волнение, потому что он улыбнулся мне понимающей, заговорщической улыбкой:

    • Вас это интересует?

    • Еще бы! — Я и не пытаюсь скрыть своего нетерпе­ния.

    • Кристи почти боготворил Валериана Братеша... Вы его, конечно же, знаете?.. Ну, того самого, из института. Он верил ему больше, чем самому себе. Да Валериан Братеш, по правде говоря, и сам души не чаял в Кристиане. Он считал его лучшим своим учеником и всем говорил об этом.

    • Ну и что же из этого следует?..

    Я злюсь на себя за то, что не могу совладать со своим нетерпением.

    • А то, что вот ужо два года, как Валериан Братеш эксплуатирует его художественные идеи в собственных це­лях. Вы видели в Национальном театре «Северный ветер»? Спектакль оформлен по эскизам Кристи. А па афише ху­дожником спектакля назван Валериан Братеш. Ему до­стался и весь успех, и все деньги. Он не поделился с Кристи ни единым грошем! — заключает Виски с нескрывае­мой обидой за двоюродпого брата.

    • Может быть, они об этом уславливались? — возра­жаю я ему без особой уверенности.

    —Как бы не так! А сверх того, что он украл его замы­сел, его работу, он еще увел у него и девушку!

    Я веду себя, как мальчишка,— кричу на весь вести­бюль:

    • Что ты сказал?!

    • То, что вы слышали,— усмехается он мне прямо в лицо.

    • Значит, из-за него Петронела Ставру бросила Кри­стиана?..

    • Именно, товарищ капитан. Она бросила Кристи ради Братеша... ради мужчины, который старше ее пяти­летки на три, к тому же и женатого. Не говоря уж о том, что он обожает разглагольствовать с кафедры о высоких нравственных материях... Ну и все такое прочее.

    Он вытирает носовым платком пот со лба, поправляет узел галстука. Поделившись со мной своим возмущением, он, кажется, считает свою миссию законченной.

    — Это все, что я хотел вам сообщить.

    — Вы торопитесь?

    Он пожимает плечами в некоторой нерешительности. Ведь его ждет за столиком дама, было бы невежливо на­долго оставлять ее одну.

    • Если хотите, завтра я могу быть к вашим услугам,—
      предлагает он.

    • Идет. Я жду вас завтра к восьми утра.

    • К девяти,— поправляет он меня.

    • Согласен. В городском управлении. Спросите в бюро пропусков...

    • ...капитана Романа,— опережает он меня.

    • И последний вопрос.

    • Пожалуйста.

    • В котором часу вы заходили сегодня на медицинский факультет к Петронеле?

    • А кто вам сказал, что я вообще заходил сегодня к Петронеле? Никуда я не заходил, товарищ капитан. Дней шесть, как я ее вообще не видел.

    Почему-то я не сомневаюсь в его правдивости. Значит, не он оповестил Петронелу о смерти Кристиана Лукача. Наверняка это сделал Валериан Братеш. Выходит, после беседы со мною он тут же сообщил обо всем своей любов­нице. У меня всплывают в памяти шлепанцы под ее по­стелью, мужской голос, ответивший мне по телефону...

    — Извините меня, но...

    — Пойдемте,— соглашаюсь я.— Стало быть, я жду вас завтра в восемь.

    — В девять!—напоминает мне, смеясь, Тудорел Паскару.

    «Не так страшен черт, как его малюют! — говорю я себе.— Он вполне симпатичный малый».

    Минут через десять, по дороге домой, я рассказываю обо всем Повара.

    • Вот и угадай после этого, где тебя ждет удача! — Настроение у меня явно улучшилось.

    • Мне следовало бы на тебя обидеться,— замечает оскорбленный Поварэ,— да что-то неохота...

    Мы останавливаемся у телефона-автомата. Я прошу Поварэ позвонить Петронеле Ставру. Он набирает номер, ждет, но никто ему не отвечает.

    — Нет ее.

    Я избираю номер прокурора Бериндея.

    — Не разбудил?

    • Нет, хотя я уже лег,— отвечает он.— Лукреция Будеску так и не объявилась.

    • Вот это я и хотел узнать. До завтра. Спокойной ночи.

    С Поварэ мы расстаемся на углу бульвара Магеру, на­против Дома кино. Он жмет мне руку и говорит с искрен­ним сожалением:

    — А все-таки жаль, что сегодня не твои именины...

    13

    Дома на меня обрушивается справедливый гнев мамы: как я мог за весь день ни разу ей но позвонить, мало ли что могло со мной случиться, и вообще, это не жизнь, если я даже забежать домой пообедать не успеваю!.. Не в пер­вый раз она на меня сердится, бедняжка, так что я ужо привык к этому, держусь стойко, как и подобает настояще­му мужчине. В конце концов мне удается ее утихомирить, пообещав, что с завтрашнего дня я стану послушным и почтительным мальчиком.

    • Я-то еще ладно бы, но вот почему ты с Лили так обращаешься? — заводится она по новой.— С девяти часов ищет тебя, звонит каждые пятнадцать минут!

    • Как, она не пошла на концерт?! — не могу я сдер­жать своего торжества.

    • Какой еще концерт? Ты хоть передо мной не при­кидывайся дурачком! Девочка звонила мне из дому, я по­том еще и с ее матерью, с тещей твоей, поговорила...

    Я целую ее снова в благодарность за то, что она мне сообщила. Вот это темпы! Я еще на Лили и жениться не успел, а уж обзавелся, выходит, тещей. Теперь уж, по все­му видать, отступать некуда.

    Мама, осчастливленная моим возвращением домой, ло­жится в постель. Я тоже, с той только разницей, что пере­ношу на кровать, рядом с подушкой, телефон.

    Ну вот, в кои-то веки я принял горизонтальное положе­ние, упершись глазами в темноту. Господи боже мой, какое же это счастье чувствовать, как из твоего тела улетучи­вается капля за каплей усталость и сон тихо к тебе под­крадывается, как кошка на мягких своих лапках...

    Ровно через три часа я вскочил как ужаленный от рез­кого телефонного звонка. Спросонья мне не узнать голоса, произносящего вежливо, но настойчиво:

    — Мне очень жаль, капитан, что я вынужден вас разбудить. Но такова уж невеселая обязанность дежурного по управлению. Говорит майор Дулгеру.

    Теперь-то я узнал его голос.

    • Я вас слушаю, товарищ майор.

    • С улицы Икоаней звонил некто Онуцан Василе, со­сед вашего самоубийцы, его квартира на третьем этаже, как раз под мансардой. Сообщил, что кто-то там ходит, на чер­даке... слышен внизу шум и шага... Это его здорово на­пугало.

    Сна у меня уже ни в одном глазу. Я вскакиваю с постели.

    • Пошлите за мной немедленно машину! Майор весело смеется:

    • А я уже послал ее. За рулем сержант Гаврилиу.

    • Позвоните Онуцану, пусть не входит в мансарду ни в коем случае!

    • Можете не беспокоиться,— опять смеется майор,— Онуцану серьезный человек, он убежден, что это привиде­ния, а с привидениями лучше не связываться.

    Я одеваюсь как по тревоге, в считанные секунды, ста­раясь не шуметь, чтобы ве разбудить маму. Напрасная забота — выходя из своей комнаты, я сталкиваюсь с ней нос к носу. Она полна жалости ко мне:

    • Опять вызвали?

    • Опять, мама.

    • Ни сна, ни отдыха...— печалится она за меня.— Хоть на этот раз не забудь позвонить.

    Бедная моя мама! Хоть ради нее мне бы давно нужно привести в дом невестку... Или хоть разок поехать с нею вместе в отпуск... или же взять напрокат машину и съез­дить с ней куда-нибудь... Ведь никого, кроме меня, у нее нет на всем белом свете. А я только и знаю, что свою работу...

    «Дачия» ждет меня на углу, с предусмотрительно рас­пахнутой дверцей. Прежде чем сесть рядом с шофером, я гляжу на окна четвертого этажа — мамино окно освещено, небось глядит мне вслед.

    • Полный вперед, Гаврилиу! Жми вовсю на улицу Икоаней!

    • Разбудили мы вас?

    • Такое уж наше ремесло. Не переживай.

    Именно эти слова мы говорим друг другу всякий раз, как он приезжает за мной ночью.

    «Если мне повезет,— говорю я себе,— и я застану там его... хоть познакомлюсь...»

    Я уверен, что «привидение» и злоумышленник, совер­шивший нападение на Лукрецию Будеску,— одно и то же лицо. Перед моими глазами как бы прокручивается с бе­шеной скоростью кинолента: старик Паскару, художник Валериан Братеш, пижон Виски... Тут же я вспоминаю, как мне почудилось, что кто-то подходил к двери мансар­ды, а потом кинулся вниз по лестнице, боясь, что я его настигну...

    «Может быть, надо взять с собой и прокурора,— мель­кает у меня в голове.— Впрочем, зачем? Только чтобы и его разбудили среди ночи?»

    Резкий поворот на полной скорости прерывает мои мы­сли. Я открываю глаза. Мимо меня проносится спящий Бухарест, погруженный во тьму осенней ночи. Он сладко спит, город моего детства...

    Вот мы и доехали, Гаврилиу знает свое дело. Машина бесшумно тормозит.

    • Мне пойти с вами? — спрашивает сержант.

    • Не надо, Гаврилиу. Я тебя вот о чем попрошу... Выйди из машины и стой в воротах, будь начеку. Если кто выйдет со двора, ты хватай его без стеснения, ясно? И по­глядывай на часы. Если через двадцать минут я не вернусь, поднимешься за мной на мансарду. С черного хода, понял?

    • Ясно!

    Улица пуста, один осенний ветер гуляет вдоль нее. Да еще скрежет далекого ночного трамвая прорезает дремот­ную тишину.

    Гаврилиу остается в воротах, я же бесшумно проскаль­зываю во двор. Мое появление заметил лишь бродячий кот, неторопливо спрятавшийся от меня в темный угол.

    Я взбегаю по лестнице, стараясь сделать это без лиш­него шума. Главное — соблюдать в таких случаях полную осторожность. Не буду врать — мне страшновато, но не на­столько, чтобы голова не работала четко и напряженно.

    Я прохожу мимо двери Лукреции Будеску. Но оста­навливаюсь возле нее, сам не зная, с какой целью. При­слушиваюсь... смешно думать, чтобы я мог что-нибудь услышать сквозь толстую дверь. Я продолжаю путь, и, по мере того как приближаюсь к мансарде, становится ясно, что дверь в нее полуоткрыта: свет, падающий изнутри, от­ражается на стенах огромной, с прямыми углями буквой «С». Я замираю. Слышно, как бешено стучит мое сердце. Значит, печать с двери была опять сорвана, дверь была отперта ключом, и ключ остался в замке... Я убежден, что он не успел еще уйти из мансарды. В противном случае он бы погасил свет. Вспоминаю слова Григораша: «Преступ­ник неопытен, но изобретателен».

    Я снимаю с ног туфли, остаюсь в одних носках. Послед­ние ступеньки одолеваю по-кошачьи бесшумно. Дохожу до двери, останавливаюсь на миг. Из-за нее слышны чьи-то шаги, потом шаги замирают. Меня охватывает короткая и резкая радость — повезло, я поймал его!.. Я решаю не рас­пахивать с грохотом дверь, крича «руки вверх!», тем более что при мне нет никакого оружия, а легонько ее толкнуть ногой и проскользнуть бесшумной тенью вовнутрь, тогда преступник лишится чувств от неожиданности и страха.

    Сказано — сделано. Приоткрываю тихонечко дверь и замираю на пороге. Картина, которая представилась моим глазам, пригвождает меня к месту.

    У низенькой кровати Кристиана Лукача, спиною к две­ри, стоит на коленях какая-то женщина. Я узнаю ее по платью — это Лукреция Будеску. На кровати под зеленым покрывалом угадываются формы, похожие на человече­ское тело. А там, где бы должна быть голова этого тела, лежит на подушке портрет Петронелы Ставру. Во мне про­сто-таки леденеет кровь от этого зрелища... У изголовья постели, по обе стороны портрета Петронелы,— две за­жженные свечи. И перед ними коленопреклоненная, при­читающая без слов, без слез Лукреция Будеску. Эта кар­тина тут же заставляет меня вспомнить о диагнозе, кото­рый поставила Лукреции возлюбленная покойного Лукача, и я прихожу в себя. Лукреция Будеску не услышала, как я вошел. Она горько причитает над «трупом» соперницы. А самый «труп» — это несколько уложенных в длину под покрывалом подушек. «Преступник неопытен, но изобрета­телен»,— вновь вспоминаю я, на этот раз е улыбкой.




    Я подхожу к Лукреции. Наконец она заметила мои ноги рядом с собою. Она поднимает на меня глаза, и я встреча­юсь с ее взглядом. Вопреки моим ожиданиям — ни следа страха в нем, словно бы я все время был здесь. Я не уве­рен, узнает ли она меня... несколько мгновений она не сводит с меня мутного взгляда, потом с трудом поднимается с колен. У нее взволнованное, изможденное лицо, губы едва слышно шепчут:

    — Умерла... Я убила ее!..

    Я спрашиваю тоже шепотом:

    • За что?

    • За то, что она убила моего Кристи... Он был мой! Я тридцать четыре года его ждала. А она убила его, моего любимого...— Она переводит взгляд на портрет Петронелы и продолжает: — Она ревновала его ко мне. Кристи на нее и не смотрел, только одну меня видел... А она узнала, что мы решили тайно обвенчаться и бежать...

    • Куда бежать?

    Лицо ее обезображено ненавистью, едва слышно опа шепчет сквозь зубы:

    — Я убила ее! Я убила ее!

    Я ощущаю нечто странное, несовместимое со здравым смыслом: с одной стороны, мне кажется, что я сплю и все происходящее сейчас лишь дурной сон, жуткое наважде­ние, с другой же — твердо знаю, где я и как сюда попал, хотя и не могу поверить в реальность происходящего.

    — Как вы ее убили?

    Мое любопытство не тревожит ее, даже не возвращает в реальный мир. Она рассказывает обо всем с легкостью закоренелого преступника, вознамерившегося облегчить душу признанном.

    • Сперва я сделала ей укол морфия, чтоб ей не было больно и чтоб она не кричала. Потом я ее повесила вон на том крюке.

    • На каком крюке?

    Она поднимает вверх руку и указывает пальцем па крюк, на котором двумя ночами раньше висело тело Кри­стиана

    saba-zhosparini-zrlemes-.html
    saba-zhosparlarini-lgler-s-tzhribeden-rastiran-osaman-darhan-osamanizi.html
    sabaa-atisan-oushilar-sani-sabaa-atispaan-oushilar-sani.html
    sabaa-dajindalu-tapsirmalari-pavlodar.html
    sabaa-ojilatin-talaptar-sabati-tairibi-bojinsha-oni-blmdkdamitushilitrbielk-masattarin-dris-anitau.html
    sabat-sabbat-sdrzhanie.html
  • vospitanie.bystrickaya.ru/zhambil-zhabaev-shiarmalarin-kreativt-kzaras-trisinda-pajimdau-zhaji.html
  • grade.bystrickaya.ru/metodicheskoe-posobie-k-laboratornim-rabotam-po-atomnoj-i-yadernoj-fizike-rentgenovskoe-izluchenie-zelenodolsk-2007.html
  • write.bystrickaya.ru/ezhekvartalnijotche-t-otkritogo-akcionernogo-obshestva-gazavtomatika-otkritogo-akcionernogo-obshestva-gazprom-stranica-15.html
  • upbringing.bystrickaya.ru/lekciya-sobstvennost-i-ekonomicheskaya-sistema-gosudarstva-2-ch.html
  • letter.bystrickaya.ru/municipalnoe-obsheobrazovatelnoe-uchrezhdenie-nikulinskaya-osnovnaya-obsheobrazovatelnaya-shkola-poreckogo-rajona-chuvashskoj-respubliki.html
  • kolledzh.bystrickaya.ru/7-sistema-upravleniya-riskami-pri-osushestvlenii-operacij-s-dragocennimi-metallami.html
  • exam.bystrickaya.ru/vneshneekonomicheskaya-deyatelnost-chast-6.html
  • lesson.bystrickaya.ru/metodika-buhgalterskogo-ucheta-raschetnih-operacij-v-forme-akkreditiva-v-rublyah-v-banke.html
  • nauka.bystrickaya.ru/velikie-prorochestva-100-predskazanij-izmenivshih-hod-istorii.html
  • spur.bystrickaya.ru/kogda-ya-rodilsya-ya-uvidel-svet-vkomnate-svetilis-steni-potolok-svetilos-lico-materi-vsyo-chto-ya-videl-bil-svet.html
  • holiday.bystrickaya.ru/moskovskaya-gorodskaya-duma-v-gosdume-rf-rassmotreli-voprosi-razvitiya-konkurentnih-preimushestv-rossijskih-uglej.html
  • kolledzh.bystrickaya.ru/5-negosudarstvennoe-pensionnoe-strahovanie-v-rf-uchebnoe-posobie-izdatelstvo-mgimo-universitet-2009.html
  • college.bystrickaya.ru/1-sm-sartr-zh-p-bitie-i-nichto-opit-fenomenologicheskoj-ontologii-zhan-pol-sartr-per-v-i-kolyadko.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/razrabotka-ekstremalnogo-tura-tyurmi-sankt-peterburga.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/ocenka-investicionnogo-klimata-v-rossii-chast-9.html
  • literatura.bystrickaya.ru/sabati-tairibi-liyas-zhansgrovt-mr-men-shiarmashilii-sabati-masati.html
  • uchitel.bystrickaya.ru/razdel-3-psihosocialnie-i-duhovnie-aspekti-palliativnoj-pomoshi-palliativnaya-pomosh-obshie-voprosi.html
  • spur.bystrickaya.ru/kratkoe-soderzhanie-temi-sovremennomu-sostoyaniyu-profilaktiki-deviantnogo-povedeniya-ego-teorii-i-praktiki-predshestvoval-dlitelnij-istoricheskij-put-razvitiya-nauchnogo-znaniya-obyasnyayusheg.html
  • znanie.bystrickaya.ru/analiz-regionalnih-faktorov-formirovaniya-strate-gii-razvitiya-neftegazohimicheskogo-kompleksa-respubliki-ta.html
  • ucheba.bystrickaya.ru/programma-disciplini-nalogovoe-pravo-rossii-dlya-napravleniya-030500-68-yurisprudenciya-podgotovki-magistra-rekomendovano-sekciej-ums.html
  • institut.bystrickaya.ru/tetrad-dlya-prakticheskih-rabot-po-analizu-hudozhestvennogo-teksta.html
  • student.bystrickaya.ru/23-urovni-osvoeniya-disciplini-kriterii-ocenki-na-ekzamene-uchebno-metodicheskij-kompleks-disciplini-sd-r-05-geotektonika.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/neopoznannie-letayushie-obekti-chast-2.html
  • spur.bystrickaya.ru/konspekt-uchebnogo-zanyatiya-predmet.html
  • composition.bystrickaya.ru/polozhenie-ob-otdele-nsa-publikacii-i-nauchnogo-ispolzovaniya-dokumentov.html
  • zadachi.bystrickaya.ru/struktura-i-funkcionirovanie-zarabotnoj-plati-v-rinochnoj-ekonomike.html
  • laboratory.bystrickaya.ru/vm-shukshin-samorodok-zemli-altajskoj.html
  • shkola.bystrickaya.ru/soderzhanie-obrazovatelnoj-programmi-rezhim-raboti-shkoli-pedagogicheskij-kollektiv-shkoli-vospitatelnaya-sistema-shkoli.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/tajni-nlo-varakin-a-zdanovich-l-stranica-20.html
  • control.bystrickaya.ru/bileti-po-istorii-psihologii-chast-6.html
  • control.bystrickaya.ru/didakticheskij-modul-sili-v-prirode.html
  • klass.bystrickaya.ru/56pravila-inspekcionnogo-kontrolya-obedinenie-organizacij-vipolnyayushih-stroitelstvo-rekonstrukciyu-i-kapitalnij.html
  • credit.bystrickaya.ru/otnosheniya-stranica-9.html
  • writing.bystrickaya.ru/aukcionnaya-dokumentaciya-1709-k-otkritomu-aukcionu-provodimomu-gouvpo-stranica-6.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/uzus-angl-usage-kniga-eta-ne-bila-izdana-sergej-ostavil-ee-v-rukopisi-yaobrashayus-s-prosboj-ko-vsem-kto.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.